Иногда меня спрашивают, кем я себя считаю в первую очередь: психологом, психотерапевтом, клиническим психологом, руководителем профессионального сообщества?

Если честно, сегодня мне уже сложно разделить эти роли.

Каждая из них появилась в своё время и стала частью моего профессионального пути. И сейчас я понимаю, что они не существуют отдельно друг от друга.

Я практикующий психолог с 17-летним опытом работы. Я гештальт-терапевт, клинический психолог, системный семейный терапевт. Но для меня эти определения — не просто профессиональные регалии. За каждым из них стоит определённый способ смотреть на человека и понимать происходящее с ним.

Как психолог я прежде всего остаюсь заинтересованным в человеке. Мне важно не только услышать, с какой проблемой он пришёл, но и понять, что за этой проблемой происходит в его жизни.

Как клиническому психологу мне важно видеть человека шире одного психологического запроса. Учитывать его состояние, индивидуальные особенности, жизненную ситуацию и те процессы, которые могут влиять на его переживания.

Гештальт-терапия научила меня особенно внимательно относиться к контакту — к тому, что происходит между человеком и окружающим миром, что он замечает в себе, как переживает происходящее и что происходит с ним прямо сейчас.

Системная семейная терапия добавила ещё один важный взгляд: человек существует не сам по себе. На него влияют отношения, семья, близкие, привычные способы взаимодействия и та система, частью которой он является.

Поэтому сегодня мне всё сложнее рассматривать психологическую помощь как попытку просто найти правильное объяснение или дать человеку готовый ответ.

Мне гораздо интереснее исследовать вместе с ним то, что происходит.

Наверное, за 17 лет практики именно это стало одним из главных изменений моего профессионального взгляда.

Когда я только начинал работать, мне хотелось быстрее понять, что происходит с человеком, найти объяснение и помочь ему.

Сейчас я гораздо внимательнее отношусь к тому, что происходит непосредственно в процессе нашей встречи.

Что человек замечает?
Что остаётся между строк?
Что происходит с ним рядом со мной?
Что происходит со мной рядом с ним?
Что мы начинаем замечать вместе?

И именно здесь для меня появляется настоящая профессиональная работа.

Но моя профессиональная жизнь давно не ограничивается индивидуальной практикой.

В какой-то момент мне стало понятно, что одной собственной работы с клиентами недостаточно.

Мне хотелось, чтобы профессиональная психологическая помощь была доступна не только тем, кто может самостоятельно найти специалиста и оплатить его услуги, но и людям, которые оказались в сложной жизненной ситуации и не имеют такой возможности.

Так постепенно появилась и выросла АНО «Психологи Казани».

Сегодня это уже профессиональное сообщество, которое объединяет десятки специалистов. Мы оказываем бесплатную психологическую помощь людям с инвалидностью и их близким, семьям, воспитывающим детей с ОВЗ, многодетным семьям, участникам СВО и их близким, людям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации, и другим категориям людей, которым необходима психологическая поддержка.

Ежегодно наши специалисты проводят более 2000 бесплатных консультаций и около 200 групповых мероприятий.

Мы также проводим Всероссийскую практическую конференцию, развиваем профессиональное сообщество психологов, обучаем специалистов и сотрудничаем с государственными, коммерческими и некоммерческими организациями.

Поэтому сегодня я уже не разделяю в своей жизни психолога и руководителя.

Когда я занимаюсь развитием сообщества, я всё равно думаю как психолог: о человеке, о качестве помощи, об ответственности специалиста.

А когда работаю с клиентом, мой опыт руководителя помогает мне видеть не только отдельную консультацию, но и более широкую систему профессиональной помощи.

Для меня важно, чтобы психологическая помощь была одновременно профессиональной, этичной и человеческой.

Наверное, поэтому я продолжаю учиться.

Несмотря на 17 лет практики, я не воспринимаю себя человеком, который уже всё знает о психологии или о человеке.

Практика, клиенты, коллеги, обучение, руководство сообществом — всё это продолжает менять мой взгляд.

И, возможно, именно это мне сегодня особенно важно сохранить в своей профессии — интерес к человеку.

Мне по-прежнему интересно, почему мы поступаем определённым образом. Почему иногда не замечаем очевидного. Почему повторяем привычные сценарии. Почему отношения оказываются такими сложными. И что происходит с человеком, когда он впервые начинает по-настоящему замечать себя.

Наверное, именно из этого интереса и складываются все мои профессиональные роли.

Я остаюсь психологом, который работает с людьми.

Психотерапевтом, который исследует вместе с человеком его опыт.

Клиническим психологом, который учитывает сложность психики и состояния человека.

Системным семейным терапевтом, который смотрит на человека в контексте его отношений.

И руководителем профессионального сообщества, которому важно, чтобы качественная психологическая помощь становилась доступнее.

А этот блог для меня — ещё одна возможность продолжать этот разговор.

Не только рассказывать о том, чем я занимаюсь, но и показывать, как я думаю, что замечаю и почему смотрю на психологию именно так.

Мне кажется, человеку, который однажды решит обратиться за психологической помощью, важно знать не только образование и опыт специалиста.

Важно почувствовать: кто перед ним и подходит ли ему этот человек.

Поэтому, если мои мысли окажутся вам близки, возможно, однажды нам будет интересно продолжить этот разговор уже в личной работе.